Степан Эрьзя и Максим Горький

Из альбомов Е.П.Иванова

В РГАЛИ существует архивный фонд журналиста, этнографа и театрального деятеля Евгения Платоновича Иванова (1884–1967), автора известной книги «Меткое московское слово». Перед революцией Иванов редактировал журнал «Театр в карикатурах», поддерживал дружеские связи со многими литераторами и представителями театрального мира, среди которых были А.И. Куприн, А.С.Грин, А.П.Каменский, Л.И.Андрусон, А.М.Пазухин, небезызвестный Граф Амори (И.П.Рапгоф) и др. Родственницей Иванову со стороны матери приходилась Аполлинария Суслова, женщина, чье имя в истории русской литературы связано с именами Федора Достоевского и Василия Розанова. О ней и ее сестре Надежде Евг.Иванов написал небольшие воспоминания «Дочери крестьянина Прокопия Суслова», сохранившиеся в фонде Н.С.Ашукина (РГАЛИ. Ф. 1890. Оп. 1. Ед. хр. 84).

Интересны альбомы, которые Иванов оформлял в виде затейливых коллажей, вклеивая туда самые разнообразные рукописные и печатные материалы, фотографии, рисунки, денежные ассигнации и т. п. Например — «Вечное. Роман с готовыми иллюстрациями». Среди создателей (слово «авторы» здесь не вполне уместно), кроме Иванова, бывшего вдохновителем предприятия — П.А.Алякринский, Д.Д.Бурлюк, Е.И.Вашков, А.С.Грин, Н.П.Смирнов-Сокольский. Эта пародия на бульварный роман создавалась в течение двух лет, с 1915 по 1917 гг., напластованиями одного экспромта на другой. В романе-альбоме причудливо объединены автографы, машинопись, рисунки, фотографии, а также открытки, вырезки из газет и журналов, афиши, этикетки, конфетные фантики. Коллаж составляют не только приклеенные куски ткани, но даже монеты и граммофонная пластинка — совсем в духе авангардной живописи 1910-х гг., когда художники дополняли свои полотна реальными «фрагментами быта».

После революции Е.П.Иванов организовал при созданном тогда (просуществовал недолго) Профессиональном союзе артистов сцены и арены «Кафе Союза», по типу возникших в то же время «Кафе поэтов», «Домино» и др. С эстрады читались стихи, показывались сценические миниатюры, танцевальные номера, в зале — чай с сахарином, скромное меню времени военного коммунизма. В заведенном Ивановым альбоме отразился первый год существования кафе. Среди вкленных автографов находится и короткое письмо (скорее, записка) Максима Горького сотруднику Народного комиссариата внешней торговли М.Г.Григорьеву.

Сейчас уже вряд ли возможно установить, каким образом эта записка попала в руки коллекционера автографов Е.П.Иванова, но он поместил ее в альбом и таким образом сберег для потомков. Записка касается известного скульптора С.Д.Эрьзи (в конце записки Горький называет специально для Григорьева его имя-отчество — «Степан Дмитриевич») и написана, судя по датировке вклеенной рядом газетной вырезки, в середине октября 1920 г. Записка учтена (по фотокопии, хранящейся в Архиве Горького) в «Летописи жизни и творчества А.М.Горького» (Вып. 3. М., 1959. С. 250), но текст ее публикуется впервые (РГАЛИ. Ф.224. Ед.хр.4. Л.759), добавляет новый, мелкий, но не лишний штрих к биографиям Горького и Эрьзи, свидетельствуя об их личном знакомстве.

«Наше наследие» уже рассказывало о судьбе этого замечательного скульптора (см.: Шатских А. Степан Эрьзя. Триумф и трагедия // Наше наследие. 1991. №5 (23). С.39-46).

Эрьзя приехал в Москву из Екатеринбурга. Там он преподавал в собственной художественной школе и создал к тому времени мраморный бюст Карла Маркса, обелиск Свободы, монумент «Великому кузнецу мира», многофигурные композиции «Уральские коммунисты» и «Парижские коммунары», фигуру «Народный трибун», задумал памятник В.И.Ленину, высеченный в естественной скале, — и одновременно продолжал создавать скульптуры на библейские темы, к которым обратился еще до революции, во время своего пребывания в Италии. Его «нелады» с Наркомпросом и недостаточное внимание к его оригинальному творчеству, привели скульптора несколько лет спустя к эмиграции в Южную Америку, где он много и плодотворно работал. На родину Эрьзя вернулся только после Великой Отечественной войны.

* * *

Михаилу Григорьевичу Григорьеву

Экспортный отдел

Дорогой Михаил Григорьевич!

Пожалуйста примите известного скульптора Эрьзю и поговорите с ним, — мне кажется, что он мог бы сделать кое-что полезное для Внешторга. С Компросом у него не лады*.

А.Пешков

Степан Дмитриевич.

------------------------------

* Так в тексте (прим. публ.).